Есть ли жизнь после кастрации?

 

До сих пор ещё, особенно вдалеке от столицы, подходят на выставках и спрашивают: «А у вас котяточки есть? А у нас такая же кошечка, может быть, свести их?» И когда я отвечаю, что кот кастрирован, реакция чаще всего — разочарование, но бывает и настоящий «праведный гнев»: как, вы же кота испортили! Лишили его самого дорогого! На что я в свою очередь ответствую, что самое дорогое — это жизнь, и могу только гордиться тем, что обеспечила коту спокойную, здоровую и долгую.

 

Мой старший кот был поливальной машиной. Без преувеличения. Наше счастье заключалось в том, что он не брызгал на стены незаметными капельками, а лил полноценную вонючую лужу, которую во благовремении можно было заметить, подтереть и протравить хлоркой. После чего в доме стоял запах аммиака — такая вот прикладная химия.

 

Из самых громких подвигов могу упомнить обливание моих рисунков в аккурат перед просмотром, мамин шкаф (сверху) в бытность у неё на временном проживании и виртуозное просовывание не будем говорить чего в наглухо закрытую коробку. Сверху оставалась дырочка 5 на 5 миллиметров, куда кот долгое время отмечался. Снаружи всё выглядело пристойно — пока коробочка не понадобилась…

 

И всё только потому, что продолжить род моего красивого котищи было моей тайной мечтой. Не то чтобы я стремилась к этому изо всех сил — кошки дома в мои планы не входили. Но однажды случай представился.

 

Я уже не помню, как звали нашу невесту. Похожа она была на русскую голубую. И вот, после предварительных переговоров, мы с коллегой и с моим котом поехали к ней.

 

Даме по этому случаю день не давали «Контрасекса», но радоваться гостю она явно не спешила. Кот, несмотря на то, что был в незнакомом месте впервые, показал себя рыцарем без страха и упрёка: восклицал, пушил грудь и пытался пригласить даму на танец. Та попросту отстреливалась.

 

Гораздо позже я узнала, что возить на вязку кота — дохлый номер в 90% случаев: кот в чужом доме впадает в ступор и прячется в угол. Так что нам просто повезло.

 

Вечерело, и я уже собралась домой. Невзирая на протесты гостивших родственников, кота оставили у невесты — пусть договариваются.

 

Наутро с первым трамваем мне вернули кота. Родственники решили, что разврата в доме они не потерпят. Но коллега уверила меня, что «один раз у них получилось». И мы стали ждать.

 

Теперь я понимаю, как нам повезло, что ничего не вышло. Потому что гораздо позже, уже занимаясь пристройством брошенных и народившихся по недосмотру котят, я поняла, насколько они никому не нужны… Сколько усилий приходится прикладывать, чтобы отдать зверёныша в действительно добрые руки. Спасибо участникам проекта «Пёс и кот» за науку и помощь! А тогда бы дети от якобы русской голубой и якобы сноу-шу просто раздавались у метро — иного способа я не знала.

 

Однако заливы продолжались, и в один прекрасный день я всё-таки повезла кота в клинику. Это далось мне ценой ощутимых моральных усилий. Помимо сознания, что у кота не аппендицит вырезают, а вполне функциональную часть организма, ещё были страх наркоза и опасение, что после операции мой кот уже не будет прежним. Лужи лужами, а так-то он хороший, добрый и ласковый!

 

Утром кот уехал в «Белый клык» в Митино, а часов в семь вечера я уже приехала за ним. Плановая операция, не требующая никак моего участия — самое лучшее для таких трусов, как я. Поймали машину. Всю дорогу сонный было кот рвался из переноски наружу с диким воем. Приехав домой, доковылял до лотка и напрудил суточную норму.

 

На тот момент коту было уже 5 лет.

 

Врачи говорили, что в таком возрасте кастрация может и не помочь от меток. Ему — помогла. Кот забыл об этом сразу. С тех пор у меня дома живёт почти идеальный кот. Почти — потому что ворует еду. Но это уже другая песня.

 

Да, одно время он очень сильно потолстел. 6 килограммов против нормы 4,5. Его юность пришлась на мои бедные студенческие годы, и с тех самых пор он взял привычку есть всё. Даже сейчас, когда еды всегда в достатке, я не могу позволить себе оставить хлеб на столе.

 

Но методичность и упорство — чего зачастую не хватает худеющим дамам! — сделали своё дело. Год диеты и дальше строго по норме. Десятилетний кот с фигурой пусть не юноши — но его возраст ему никто не даёт.

 

Второй кот не удостоился чести быть представленным даме, хотя многие знакомые на него заглядывались. И было на что. К году это было роскошное существо с плотной шубой и почти британскими щеками.

 

К полутора это было несчастное существо, проводившее всё время на подоконнике одиннадцатого этажа (по счастью, окно забрано сеткой), постоянно зовущее и стремительно тощающее. Кроме прочего, ставшее совсем отстранённым и периодически тузящее старшего кота и младшего, но уже переросшего его Рысика. Я поняла, что если так будет дальше, я просто потеряю свою белую мечту. К тому же мне надоело выпрашивать скидку на выставках по поводу недопустимых правилами — и позорно, несмываемо жёлтых! — шариков под хвостом. Сейчас бы это вообще не прокатило. Тогда судьи были милостивы только потому, что кроме нас в классе домусов мало кто ходил.

 

Ни один из котов не превратился в «ленивое ОНО», чего чаще всего боятся защитники «достоинства». У меня дома живут как коты, так и кошки, как кастраты, так и племенные — и обе кошки женственны, а коты выглядят мужчинами. Они активны, мускулисты — правда, старший позволяет себе поиграть с мышкой только в моём присутствии. Перед остальными «держит лицо». Ни один не потерял интереса к жизни, и у обоих не последнее место в прайде.

 

И, вопреки распространённому страху, ни один из моих кастратов не столкнулся с мочекаменной болезнью.

 

Опять подходят к клетке, интересуются. «Ах, как жалко! А мы тоже такого хотели, котёночка бы у вас взяли…»

 

Я отвечаю посетителям, что только судьба может послать им такого же. И это обязательно случится, нужно только не закрывать глаза. А мой зверь — он уникален. Не тиражируем.

 

Светлана Павлова aka Усатая